logo
Корзина
Shopping cart is empty
0

Чьим именем называют аэропорты...

news icon



Из гостиной пододвинули фортепиано к дверям его комнаты, и графиня, сдерживая рыдания, запела. Слезы катились по ее щекам, и никогда еще ее прекрасный талант, ее изумительный голос не достигал такой патетической выразительности. Ему стало хуже; всех охватил страх. Непроизвольным движением все бросились на колени. Никто не решался говорить, слышен был лишь голос графини; он возносился, как небесная мелодия, над вздохами и рыданиями, сопровождавшими его, как приглушенный и скорбный аккомпанемент.

  Если бы мне пришлось использовать музыку в качестве языка любви, я бы не задумываясь, обратился к творчеству Фредерика Шопена. Все его произведения наполнены ароматами любви: случайные встречи, радости и соблазны прошлого, робость и неуверенность перед будущим, маски траура, увенчанные черными розами, утренние поцелуи, украшенные белыми, терпкие объятия или одержимые необъяснимые пристрастия…любовь пронизывает все его ноктюрны, полонезы, мазурки и прелюдии.Шопен сознательно ограничил свое творчество только одним фортепиано, но в этой форме он добился высочайшего, предельного мастерства. Вот как о нем отзывались современники:«Шопен! Нежный гений гармонии! Какое сердце, его полюбившее, какая душа, с ним сроднившаяся, не дрогнет, услышав его имя, как при воспоминании о каком-то высшем существе, с которым посчастливилось встретиться!» Ф.Лист 
 Фредерик Шопен родился недалеко от Варшавы в семье музыкантов и с детства проявил выдающиеся музыкальные способности. Сложно найти большего патриота, чем Шопен, несмотря на то, что покинуть родную Польшу ему пришлось в 20 лет. Он увез с собой кубок, наполненный польской землей, как будто предчувствуя, что больше никогда….никогда не вернется в Польшу.После года странствий Шопен очутился в Париже и сразу покорил этот город своим необычным, утонченным и романтическим талантом пианиста. В то время большой популярностью пользовались пианисты-виртуозы, такие как Гиллер, Герц или тот же Лист. Исполнительское мастерство Фредерика Шопена было совершенно из другой области человеческих чувств и возможностей. Ничего подобного парижская публика доселе не слышала! Однажды его спросили, в чем он черпает свое вдохновение, и какое название он мог бы дать тому чувству, которое он вкладывает в свои произведения? Шопен ответил, что несмотря на сиюминутные радости и остывающие печали, есть чувство, которое никогда не оставляет его сердце. Чувство, название которому он может дать только на своем родном языке – Zal (Жаль — укр.).Вскоре и произведения Шопена начали пользоваться популярностью, их охотно издавали в Париже и в Вене, но денежного вознаграждения Шопен долгое время не получал, поэтому он был вынужден в большом количестве давать уроки музыки – этим и жил.Но когда в поле его зрения попадал соотечественник, Шопен с фанатичной навязчивостью готов был пожертвовать всем: концертом, учениками, свиданием, немногочисленными друзьями….он останавливал привычный ход жизни и уделял поляку все свое время. Но на этом его странности не заканчиваются! С какой-то необъяснимой принципиальностью, он почти никогда не брал в руки перо. Никаких писем, автографов или записок. Случалось, для того чтобы отменить вечернюю встречу на следующей неделе, Шопен предпочитал пройти пешком через весь город (а Париж, как известно, город не маленький), только бы не писать письмо. И тем не менее….если дело касалось его соотечественников, он охотно брал в руки чернила и перо. Поэтому большинство его сохранившихся автографов – на польском. 
 Чем старше он становился, тем меньше он любил общество и массовые собрания. Он предпочитал домашнее времяпровождение в узком кругу друзей. Концерты перед большой аудиторией он сменил на небольшие выступления в салонах для «своей публики». После выступления, он зачастую старался скрыться поскорее, не дожидаясь восторгов и публичного обожания и обсуждения. Но тем, кому посчастливилось услышать его, не оставалось ничего больше, кроме как любить и восхищаться его гением: «Своей игрой великий артист вызывал чувство восхищения, трепета, робости, которое охватывает сердце вблизи сверхъестественных существ, вблизи тех, кого не можешь разгадать, понять, обнять. У него мелодия колыхалась, как челнок на гребне мощной волны, или, напротив, выделялась неясно, как воздушное видение, внезапно появившееся в этом осязаемом и ощутимом мире.» Ф.Лист При всей кажущейся нелюдимости и странности, Шопен всегда был желанным гостем в любом обществе. На людях он воспринимался скорее сангвиником, часто шутил и улыбался. Но по настоящему и с жаром он мог общаться только на одну тему – тему искусства и музыки в частности. Он очень любил цветы и экстравагантные предметы интерьера. Вкус у него был во всем, будь то гардероб или декоративное оформление гостиной.Шопен предпочитал женское общество, может быть, поэтому самым близким другом долгие годы оставалась для него Жорж Санд.После 35 у Шопена обострились старые болезни. Зимой 1847 он снова переболел воспалением легких и только чудо, а быть может, глубокая вера в эскулапов талант его личного доктора Молена, поставили его на ноги перед поездкой в Англию, где Шопен дал свой последний концерт, посвященный, кстати сказать, польским эмигрантам.По возвращению в Париж ему становилось только хуже. Доктор Молер скончался, пока Шопен отсутствовал в Англии, и композитор посчитал это знаком судьбы, смирившись с неотвратимостью, которую несла за собой болезнь. Он написал свое последнее письмо, адресованное сестре Людовике, которая без промедления приехала к умирающему брату.В последние дни своей жизни он мало кого узнавал, но однажды открыв глаза и заметив посетительницу,- графиню Потоцкую, улыбнулся и попросил ее спеть для него.Графиня пела для него весь вечер, пока он снова не провалился в болезненную темноту сновидений. На следующий день он позвал священника, повторил за ним отходную, поцеловал напоследок руку, и испустил дух… 
Зная его любовь к цветам, друзья на следующий день принесли их столько, что комната превратилась в чудесный сад. Следуя воле покойного, на кладбище в Париже в момент захоронения был исполнен реквием Моцарта. Еще одной просьбой Шопена, было после смерти отвезти его сердце на родину в Польшу. Это сделала его сестра Людовика, и сердце Шопена  по сей день хранится в специальном сосуде в костеле святого Креста в Варшаве. 

fb vk tw gp od
Все статьи
Новые статьи